«Я для всех это сделал». Сосед вывез шкаф на чужую дачу и только потом назвал цену

Тамара переставила Иринины ботинки на самый верх шкафа и заняла освободившуюся полку банками. Один ботинок свесился носом к стене, второй упал, когда Сергей задел дверцу сумкой.

«Ой, подними, пожалуйста. Мне с банками сейчас неудобно».

Сергей поднял ботинок и подержал в руке. Подошва оставила на пальцах сухую пыль. Тамара уже укладывала рядом с банками рулон плёнки.

«Ты же говорила, для всех поставила».

«Ну так и пользуйтесь. Наверху сколько места».

До верхней доски Ирина доставала, вытянув руку. Тамара стояла перед Сергеем ниже его плеча, и банки ей почему-то полагались на уровне груди.

Шкаф появился месяц назад, когда у Тамары закончили ремонт. Светлые панели ещё пахли клеем, возле двери стояли мешки, а старый коричневый шкаф грузчики вынесли в общий коридор. Тамара сразу протёрла его влажной тряпкой.

«Давайте оставим. Обувь уберём, всё аккуратненько будет».

Сергей тогда придержал дверцу и прикрутил разболтавшуюся петлю. Ирина поставила внутрь ботинки. Валентина из четвёртой квартиры принесла старые газеты под подошвы. В коридоре действительно стало опрятнее, хотя теперь мимо шкафа приходилось проходить по одному.

Потом на нижней полке появились Тамарины резиновые сапоги, выше легла сумка с укрывным материалом. На Ирининых ботинках однажды оказалась коробка с крышками. Ирина молча переставила её на пол. К вечеру коробка вернулась обратно.

Теперь Сергей снял с верха шкафа второй ботинок, отнёс пару к Ирининой двери и позвонил.

Она вышла в носках, посмотрела на банки.

«Забирайте его, Тамар. Я свою обувь дома поставлю».

«Сразу забирайте. Хорошую вещь вам отдала, между прочим».

«Ты её возле своей двери оставила».

Сергей поставил ботинки у порога и предложил вынести шкаф. Тамара прижала к животу последнюю банку.

«На улицу я его тащить не дам. Мне на даче такой нужен. До весны постоит, потом найду, на чём увезти».

Из квартиры напротив выглянула Валентина. Ей тоже хотелось убрать шкаф, сумка на колёсиках всякий раз цеплялась за ручку. Услышав про весну, она только губы поджала.

Сергей спросил, почему ждать до весны, если на дачу можно съездить и сейчас. Тамара ответила, что машины у неё нет, а ради шкафа ехать специально кому охота.

«Я машину найду», сказал он.

Ирина сразу оживилась. Предложила помочь освободить полки. Валентина сказала, что в субботу будет дома и откроет дверь внизу, если понадобится. Тамара подумала, затем согласилась встретить машину на даче.

«Только целиком, пожалуйста. Его разобрать, потом никогда как следует не соберёшь».

На следующий день Сергей нашёл перевозку. За вынос с их этажа, машину и выгрузку на даче запросили восемь тысяч. Расстояние он назвал сразу, прислал снимок шкафа и уточнил, что приедут двое. Сумму ему подтвердили сообщением.

На кухне Сергей открыл калькулятор. Разделил восемь тысяч на четыре квартиры. По две тысячи, вполне подъёмно. В калькуляторе соседи скинулись сразу. Потом открыл их маленький соседский чат и набрал, сколько выходит с каждого.

Он уже видел будущий разговор. Ирина предложит поискать дешевле, Тамара снова вспомнит про весну. Валентина спросит, а нельзя ли кому-нибудь из знакомых. Про шкаф будут говорить ещё месяц, ботинки останутся на полу, а он опять окажется человеком, который пообещал и тянет.

Сергей стёр сумму.

«В субботу шкаф увезут на дачу к Тамаре. Утром освободите полки».

Ирина ответила первой. «Слава богу. Я всё заберу».

Валентина поставила поднятый большой палец. Тамара прислала адрес и попросила предупредить её за час до приезда. Сергей перечитал ответы. Убирать все согласны. Когда увидят пустой коридор, про две тысячи говорить будет проще.

Он подтвердил заказ.

В субботу Сергей встал раньше обычного. Снял со шкафа пыльные пакеты, вытащил забытый Валентиной рожок, помог Тамаре убрать банки в квартиру. Та собиралась ехать на дачу автобусом и торопилась.

«Ну ты молодец, что взялся. А то всё собираемся».

Сергей кивнул. От её похвалы стало приятно, и заговаривать о деньгах сейчас, когда она натягивала пальто, совсем расхотелось.

Шкаф выносили боком. Сергей придерживал дверь, спускался следом, возвращался проверить, осталась ли на месте съёмная полка. Когда машину закрыли, он перевёл восемь тысяч и поднялся домой.

В коридоре светлел прямоугольник обоев. Под шкафом обнаружились старая пуговица и засохший лист. Ирина принесла совок, Валентина подала мокрую тряпку. Пока они убирали, Сергей стоял у стены и смотрел на проход, где теперь можно было разминуться с сумками.

«Совсем другое дело», сказала Ирина.

Через час Тамара написала, что шкаф доехал. Прислала фотографию с веранды. Дверцы висели ровно, полка лежала внутри.

Сергей сохранил снимок, приложил к нему подтверждение перевода и отправил в чат.

«Всего восемь тысяч. Нас четыре квартиры, с каждой по две. Моя доля уже там. Остальным можно по номеру телефона».

Ирина ответила почти сразу.

«Какие две тысячи?»

«За перевозку. Я же вчера написал, что машину нашёл».

«Про машину написал. Про деньги когда?»

Сергей вышел из кухни и позвонил ей в дверь. Через стенку набирать было глупо. Ирина открыла, держа в руке пакет с мусором.

«Ир, ты ведь сама просила его убрать».

«Просила. Зачем его за наш счёт на дачу возить?»

«А куда мне было его девать? Тамара только так согласилась».

«Вот с Тамарой бы и договорился».

Тамара уже читала чат в автобусе на обратном пути. Позвонила Сергею и сказала, что за восемь тысяч сама бы до весны подождала. Шкафом ведь все пользовались, и убирать его больше всех хотела Ирина.

Сергей стоял с телефоном между плечом и ухом, слушал Тамару и видел перед собой Ирину. Обе ждали от него объяснения, почему платить должна каждая из них.

«Я для всех это сделал», сказал он в трубку достаточно громко, чтобы слышали обе.

Вечером пришли пятьсот рублей от Валентины. В сообщении она написала, что спасибо за хлопоты, больше сейчас дать не сможет. Сергей хотел вернуть. Получалось, ему дали на бедность, хотя он просил поровну. Но перевод оставил.

Тамара поднялась на этаж с пустой сумкой. Возле дверей остановилась, оглядела освобождённую стену.

«Просторно-то как».

Сергей вышел на её голос.

«У тебя шкаф теперь на даче стоит. Хоть свою часть переведи».

Тамара объяснила, что на даче он будет стоять ещё долго, она его выбрасывать вообще не собиралась, а соседям места было жалко. Можно было спросить заранее. На эти деньги она скорее купила бы другой, поменьше.

«Вы же все спасибо сказали».

«За то, что убрал. Ну Серёж, восемь тысяч!»

Она закрыла дверь, продолжая говорить уже из квартиры, что договаривались совсем о другом. Сергей постоял снаружи и вернулся к себе.

В чате Сергей нашёл своё пятничное сообщение про машину. Ни в нём, ни в ответах соседей о цене не было ни слова. В переписке с перевозчиком Сергей открыл сообщение с суммой. Восемь тысяч ему назвали в пятницу, в одиннадцать сорок. Соседям он написал через семь минут.

Он открыл калькулятор и вычел Валентинины пятьсот. Семь с половиной тысяч. Столько ему обошлись машина, чужая веранда и пустое место за дверью.

В воскресенье Сергей встретил Ирину у лифта. Она несла два полных пакета, один прижимала локтем, пока искала ключи. Прежде возле шкафа обязательно пришлось бы один поставить на пол.

«Хоть тысячу можешь?» спросил он.

Ирина перестала искать ключ.

«Могу. Но я тебе её не обещала».

«Пользоваться-то удобно?»

«Удобно. Спасибо тебе».

Она прошла к своей двери, не поворачивая пакеты боком. Сергей дождался, пока щёлкнет замок, и снова отправил в чат номер карты.

Если история вас зацепила, можно поддержать редакцию кнопкой «Поддержать автора» под статьёй. Сейчас мы собираем на новую эргономичную клавиатуру для редактора.

Должны ли жильцы платить за перевозку, если заранее согласились лишь убрать шкаф?

Литературная история. Все персонажи и события вымышлены...или нет?